Категории Статьи / Страницы истории / Шаги Великой Победы

Дата публикации материала: 14 авг 2016, 10:52

ЧЕЛОВЕК НА СВОЕМ МЕСТЕ

 

Александр Асиновский не любит рассказывать о войне. Считает, что это слишком серьезная и тяжелая тема, чтобы «смаковать» подробности и делать из нее какое-то подобие большой «страшилки».

Зато, будучи по специальности охотоведом-экспертом высочайшего уровня, готов часами говорить о русской природе, о ее лесах, населяющих их животных и о своей работе в бессчетных охотничьих хозяйствах, разбросанных по всей стране. Он и сейчас не сидит без дела – продолжает писать книги об охоте и о животных, ведь Александр Иосифович знает об их лесной жизни и повадках больше, чем иной человек знает о самом себе. Не убить, а добыть – таким, считает Асиновский, должен быть основной принцип настоящего охотника.

Чтобы «добыть» хоть какие-то биографические справки об Александре Иосифовиче, мы обратились к его другу – свердловскому краеведу Михаилу Писанову (Прим. ред.).

Полистаем биографический справочник «Кто есть кто в русской охоте?», где впервые в истории отечественной культуры предпринята попытка собрать в едином издании данные соотечественников, начиная с середины ХIХ века и по настоящее время, жизнь и творческая деятельность которых тесно переплелись с увлечением охотой. У многих из них охота стала не только самым сильным увлечением, но и основной темой в созданных ими произведениях. Обратите внимание, рядом с кем в справочнике стоит наш свердловчанин.

АСИНОВСКИЙ Александр Иосифович (род. 26.07.1936 г.). Деятель общественного охотничьего движения, биолог-охотовед.

Родился в Ленинграде. Окончил Всесоюзный сельскохозяйственный институт заочного обучения. Член Московского областного общества охотников с 1955 года. Общий стаж работы в отрасли 50 лет. Почетный член Росохотрыболовсоюза. Член совета Королевского РООиР. Эксперт CIC по охотничьим трофеям. Автор «Положения об охотничьих трофеях в СССР».

АСТАФЬЕВ Виктор Петрович (1924–2001). Писатель и охотник.

 

Коренной сибиряк. Родился и жил последние годы в селе Овсянка под Красноярском. Воспитанник детского дома, рано начал работать. Участник войны. В произведениях писателя отразилась могучая природа сибирской тайги, раскрыты многочисленные образы сибиряков с особенностями характера, быта и нравов. Охотничья тема отражена в ряде его произведений: «Разговор со старым ружьем», рассказах «О чем ты плачешь, ель?», многочисленных этюдах цикла «Затеси». Лауреат Государственной премии СССР (1978 год).

Это страшное слово – война. 

До 44-го года жил Сашка в Ленинграде и было ему тогда 8 лет. 

Там погиб его отец, сестра умерла с голоду. В память мальчишки врезалась ее смерть. Она была на 2 года младше Шурки. От голода уже не могла выговаривать слова, а лишь жалобно стонала: «Хепца, хепца (хлебца)...» Уж потом парнишка узнал, что были в ту жестокую блокаду даже случаи людоедства... Голод, холод, мерзость, но ни у кого не возникало даже тени сомнения в Победе, что они все преодолеют.

А до этого… Лето 42-го. Младших Асиновских решили вывезти на Большую землю, но, к несчастью, их эшелон разбомбили. Мальчуган вспоминает: «Вечер, неожиданно поезд почему-то остановился в каком-то непонятном лесу. Я залезаю на верхнюю полку, смотрю в окошко, а со стороны заката идут два самолета, красиво идут, и не было тогда у меня чувства опасности...» Два мессершмита, два мессера («нож» по-немецки) пулеметными очередями врезались в тело поезда, в вагоне посыпались стекла, затрещала обшивка, раздались крики раненых... Воспоминания у Асиновского отрывочны, ведь вспоминать такое ужасно…

Саша не помнит, как они с сестрой добрались обратно домой, не помнит, кто их привел, на чем ехали. Когда вступили на порог, он был в чужой панаме, в чужих огромных ботинках... Мать их даже не узнала и спросила: «А вы к кому?» «Мама, ты чево? Это мы!» – с удивлением воскликнул мальчуган. 

Казалось, адов круг замкнулся, но... Еще ужасных два  года Саша жил в Ленинграде. Потом его забрали в детдом. Три года искала его мать... Судьба занесла их в Игарский район Красноярского края, в деревню Ермаково. Здесь главным досугом подростка стали тайга, суровая, но прекрасная северная природа, радиоприемник и, конечно же, книги. Немаловажную роль сыграл и круг общения деда со ссыльными, среди которых были даже академики. Уникальная память юноши впитала в себя целые пласты человеческого творчества: поэзии и прозы, музыки–опер и романсов, транслировавшихся по радио... Поразительно, когда не музыкант может помнить целые оперы.

Потом они с матерью переехали на Свердловку, где жили на Заречной, в красных домах, у нас он получил образование и редкую специальность: биолог-охотовед… 

 

Вместо заключения. Есть некие индивидуумы, которые говорят с пренебрежением о блокадниках и ветеранах: «Да, подумаешь…» Асиновский думает по-другому: «И когда на торжествах говорят о нашем геройстве в блокаду, я иногда возражаю. Не об этом надо говорить, не о том, что мы выжили, а о том, благодаря кому мы выжили – о наших матерях, о наших бойцах, стоявших на защите города и отстоявших его. Все было, было… Было голодно, но! Мы как-то не чувствовали тяжести. Ныне часто слышишь: кризис, вот заглянешь в холодильник, а он пуст. Нам не было куда заглядывать. Вот тебе осьмушка – 125 граммов хлеба из муки грубейшего помола в смеси с отрубями, опилками... Или картофельные очистки. Старшие как-то за малыми приглядывали, шефство брали, так вместе выжили. Но помнится и такое: когда мы шли в школу мимо рынка, то торговцы сразу боязливо прикрывали свой товар – детдомовские идут… Жизнь есть  жизнь, и она продолжается…».

 

0 Комментариев 93 Просмотров
Чтобы все солдаты вернулись домой
Шаги Великой Победы 05 сен, 2017
О КЛАССИКАХ И СОВРЕМЕННИКАХ
Звездная гостиная 20 окт, 2016
Этот день Победы
Социальная среда 15 май, 2017

Добавить комментарий

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Поиск по сайту

Поделиться

Погода

Авторизация